В первые годы двадцатого столетия Роберт Грейниер, человек, чьи руки знали и топор, и костыльный молоток, надолго покидал свой дом. Его работа уводила его в чащу, где падали вековые деревья, и к насыпям будущих путей, где ложились тяжёлые шпалы. Он участвовал в возведении мостов через бурные реки. Перед его глазами проходила не просто смена времён года — менялась сама страна, её облик и ритм. И он видел, во что обходится этот новый путь тем, кто своими плечами и потом выносил его на себе: таким же, как он, рабочим и людям, пришедшим издалека в поисках заработка.
